Казаки-некрасовцы на Кубани и в Черноморье

автор: Игорь Тверитинов

Вопросы эмиграции и реэмиграции казаков-некрасовцев пользовались устойчивым интересом у отечественных исследователей в течение XIX-XX вв. К сожалению, даже в начале XXI в. некоторые аспекты истории уникальной этноконфессиональной группы остались не полностью изученными.

Феномен религиозной эмиграции в России был вызван церковной реформой патриарха Никона в середине XVII в., породивший раскол в православной церкви и преследования староверов со стороны государства. Низшие слои русского общества, становясь на защиту «старой веры», выражали этим свой протест против усиления феодального гнета, освящаемого официальной церковью.

Социальный протест под религиозной оболочкой принял в конце XVII – начале XVIII вв. массовый характер. Так, староверы активно участвовали в Крестьянской войне 1670-1671 гг., Соловецком восстании 1668-1676 гг., Московском восстании 1682 г. Особо следует отметить участие верховских раскольников в Донском восстании 1688-1689 гг., после разгрома которого часть казаков во главе с атаманом Львом Маноцким ушла на р. Куму.

С Кумы в результате преследования властей староверы группами переселились в разные регионы Северного Кавказа, в том числе 300 казаков – на Кубань в местность Копыл, а затем в окрестности Анапы. Таким образом, уже с конца XVII  в. на Кубани существовало первое казачье поселение, численность которого постоянно пополнялась за счет беглых казаков, крестьян и посадских людей.

В ходе Булавинского восстания 1707-1709 гг. ближайшим сподвижником К. Булавина стал казак-старовер Игнат Федорович Некрасов (ок. 1660-1737 гг.), самая яркая и незаурядная фигура среди повстанцев. Некрасов водил булавинские отряды по Дону и Волге, а после гибели Булавина возглавил восстание. Однако к концу августа 1708 г. восставшие на Дону были разбиты, и тогда Некрасов с двумя тысячами казаков с семьями бежал на Кубань, где поселился в местности Хан-тепе (недалеко от Темрюка), основав здесь некрасовскую общину.

Староверы принесли в созданную ими на чужбине общину порядки донского казачьего самоуправления. Высшим органом власти у некрасовцев являлся круг – общая сходка казаков, достигших 18-летнего возраста. Атаман избирался кругом на один год и осуществлял исполнительную власть. Третья часть заработка общинников шла в войсковую казну на содержание школ, церквей, больных, престарелых и вооружение казаков. Все наказания устанавливал в общине круг.

За два с половиной столетия существования общины некрасовцы создали своеобразный свод законов – более 170 «заветов Игната», записанных в «Игнатову книгу». Заветы, как правило, отличались большой строгостью: «за измену войску расстреливать без суда», «за брак с иноверцами – смерть», «за убийство члена общины виновного закопать в землю», Столь же суровы были религиозные предписания раскольников: «за богохульство расстреливать», «попа, не исполняющего волю круга, можно выгнать и даже убить как бунтовщика, еретика», «держаться старой веры».

К женщине староверы относились с почтением: «муж, обижающий жену, наказывается кругом», «муж должен относиться к жене с уважением», «за изнасилование женщины бить плетьми до смерти»,

Кубанские раскольники продолжали борьбу с царизмом в течение трех десятилетий. В 1709-1710 гг. Некрасов посылал на Дон воззвания о восстании и периодически появлялся в Слободской Украине с отрядами повстанцев. В «прелестных письмах» к населению булавинцы писали, что «мы стали за старую веру и за дом пресвятой богородицы, и за вас, и за всю чернь, и чтоб нам не впасть в еллинскую веру».

Призывы раскольников нашли широкий отклик среди казаков и крепостных крестьян Юга России, которые уходили на Кубань, на «вольные земли», целыми станицами и селами. Уже к 1710 г. здесь насчитывалось до 10 тысяч некрасовцев. Царь Петр I обращался к турецкому султану с просьбой выдать России Некрасова и его помощников, а в 1720 г. издал специальный указ – некрасовцев и тех, кто их укрывает, казнить без пощады. 

После смерти Некрасова императрица Анна Иоанновна предлагала «игнат-казакам» вернуться на родину, пообещав забыть их «измену» и дать землю. Но они отказались, помня завет атамана – при царе в Россию не возвращаться. По указу императрицы донской атаман Фролов два года подряд разорял кубанские городки староверов, чем вынудил их группами в 1740-е и 1760-е гг. переселиться в Добруджу, устье Дуная и на остров Разельм, находившиеся под властью Турции. Их основными промыслами, как на Дону и Кубани оставались рыболовство, охота и земледелие.

Политику «кнута и пряника» с некрасовцами продолжила Екатерина II. В период Русско-Турецкой войны 1787-1791 гг. над некрасовцами, потенциальными союзникам Турции, нависла угроза репрессий со стороны России. После взятия Анапы русским отрядом генерала И. В. Гудовича в 1791 г. последние кубанские  «игнат-казаки» ушли в Бессарабию и Болгарию.

Появление в это же время русских войск на берегах Дуная заставило некрасовцев переселиться из Добруджи в Малую Азию на берега Эгейского и Мраморного морей.

Первоначально турецкие власти освободили некрасовцев от податей и повинностей, не вмешивались в казачье самоуправление, выставив им только требование участвовать в войнах против России.

После отмены крепостного права и начала других либеральных реформ в России некрасовцы отказались воевать против нее – и тут же лишились всех былых привилегий. Староверов согнали с обжитых мест на полупустынный остров Маду на Бейшеирском озере, где среди них начались эпидемии и голод. Турецкие власти обложили некрасовцев повышенными налогами, ввели для них воинскую повинность не только в военное, но и в мирное время, бесцеремонно вмешивались во внутренние дела общины, что способствовало ее разрушению.

События революции 1905-1907 гг. в России и принятие ряда законов о религиозной свободе подтолкнули некрасовцев к мысли о возвращении на родину.

Первым местом их поселения стал Сочинский округ Черноморской губернии – наименее освоенный и заселенный среди других округов и имевший схожие климатические условия с местом прежнего проживания староверов.

Приглашая некрасовцев на поселение в Сочинский округ, власти преследовали определенную цель – вытеснить местных турок из рыболовного и каботажного промыслов и, главное, пресечь контрабанду из Турции, маскируемую под каботаж. А некрасовцы были не только хорошими земледельцами и охотниками, но и прекрасными рыбаками и каботажниками, что не было характерно для других славянских переселенцев.

В течение 1908-1909 гг. переселенческое управление подобрало староверам несколько участков земли: некоторые в приморской полосе, другие – в нагорной. В 1908, 1910 и марте 1911 гг. выделенные для заселения участки были осмотрены ходоками-некрасовцами под руководством старосты Моисеева. Все делалось ими степенно, основательно и неторопливо. Один участок в местечке Гуарек (близ с. Лазаревское) некрасовцы забраковали, остальные, – в Матросской Щели (близ Головинки), в Имеретинской бухте и Бабук-Ауле, – одобрили.

Первая и, насколько известно автору, последняя в дореволюционный период партия переселенцев-некрасовцев появилась на Дагомысском рейде 27 мая  1911 г. Старообрядцы прибыли в количестве 616 чел (306 лиц муж. пола) из местечка Хамидие Брусского вилайета Турции, с берегов Мраморного моря.

Переселенцы временно были устроены в с. Волковка, а уже 1 июня группа из 100 чел. отправилась в Бабуков-Аул для выбора усадьбы, где ими была образована деревня, названная в честь легендарного атамана – Некрасовка. Одновременно 36 семей старообрядцев поселились на участке Имеретинская бухта, площадью в 147 десятин удобной земли, где был создан Марлинский поселок. Остальные некрасовцы поселились на участке в 223 дес. удобной земли в Матросской Щели, также назвав деревню в память о своем вожаке – Игнатьевка. Ни одно из собственных наименований староверчеких поселков не прижилось, в первую очередь  потому, что большинство сочинских некрасовцев в середине 20-х гг. переселились в Донскую область.

Во всех поселках некрасовцы открыли молитвенные дома. Один из них (Покрова Пресвятой Богородицы) действовал в с. Имеретинская бухта до конца 20-х гг. XX в.

На 1 января 1915 г. в Бабук-Ауле проживало 44 семьи староверов (184 чел., из них 99 муж. и 85 жен..), в Матросской Щели – 45 семей (205 чел., 107 муж. и 98 жен.), в Имеретинской бухте – 42 семьи (208 чел., 105 муж. и 103 жен.). Сокращение численности переселенцев за 3,5 года на 19 человек связано с превышением у них смертности над рождаемостью, в частности, от заболевания малярией, распространенной в приморской полосе.

Окружающая среда способствовала формированию специализации хозяйств локальных старообрядческих общин. Так, приморские староверы, в основном, занимались рыбным каботажным и отхожими промыслами, а нагорные – охотой, скотоводством и земледелием. Норма земельного надела в приморской полосе была ниже (2-2,3 дес.), чем в нагорной (3 дес. на муж. душу), что было связано с нехваткой свободной земли в береговой зоне. Несмотря на наличие свободных земель в горном Бабук-Ауле (общий участок 2635 дес., из них удобной земли – 675), большинство некрасовцев предпочли поселиться в приморской зоне, хотя и с меньшими наделами. Такой выбор был обусловлен, с одной стороны, отсутствием нагорных дорог, с другой – исконным занятием староверов морскими промыслами.

Следует отметить, что реэмиграция некрасовцев была приостановлена в результате цепи драматических событий – Первой Мировой войны, двух революций и Гражданской войны в России.

Политическая и экономическая стабилизация в советской России в результате НЭПа в начале 20-х гг. позволила возобновить возвращение некрасовцев на родину. Этому способствовало проведение особого курса большевиков по отношению к сектантам и староверам, пострадавшим от царизма. Советской власти импонировало коллективное ведение хозяйств в староверческих общинах схожих с коммунами. Не забыли  большевики и тот факт, что еще в начале XX в. рыбаки-некрасовцы в Констанце нелегально доставляли газету «Искра» в Россию.

Осенью 1921 г. для обеспечения реэмиграции сектантов и староверов при Наркомземе создается Организационная комиссия по расселению сектантов (Оргкомсект). В начале 1922 г. было опубликовано специальное воззвание Оргкомсекта к старообрядцам и сектантам, пострадавшим от притеснений царских властей, с призывом вернуться в Россию и включиться в строительство социализма.

Комиссия определила место возможного расселения возвращающихся в Россию: в Ставропольской губернии (250 тыс. десятин), в Донской (615 тыс. дес.) Терской (250 тыс. дес.) и Кубано-Черноморской областях (150 тыс. дес.). Здесь планировалось создание сектантских районов, где хозяйство строилось бы на коллективистских основах.

Уже в середине 1922 г. поступили первые заявления казаков-некрасовцев с просьбой о возвращении на родину. 30 ноября 1923 г. Президиум ЦИК СССР разрешил переселение из Турции некрасовцев в количестве 300 дворов (1500 чел.) По ряду причин процесс этот растянулся до 1926 г., а затем в связи со свертыванием НЭПа и усилением политических репрессий был прекращен вплоть до хрущевской «оттепели».

Большинство сочинских староверов к середине 20-х гг. решили переселиться на необжитые донские земли. Принятию такого решения способствовал ряд причин: недостаток удобной для ведения сельского хозяйства земли, неплодородность почв, трудные условия жизни в нагорной полосе, усиление налогового пресса. В течение 1925-1926 гг. все старообрядцы из Бабук-Аула, Матросской Щели и часть из Имеретинской бухты переселились в количестве 412 чел. в Мечетинский район Донского окурга. По переписи 1926 г. в Имеретинской бухте проживало 202 старовера (53 хозяйства, 93 муж. и 83 жен.), в Матросской Щели староверов уже не было. К концу 1926 г. сочинские староверы остались лишь в Имеретинской бухте.

В 1962 г. в СССР из Турции вернулась значительная группа некрасовцев, которые поселились в Ставропольском крае, Ростовской и Волгоградской областях, Грузии. Не забыли потомки «игнат-казаков» и Кубань, где была создана их первая община. Поселились в Ново-Некрасовском хуторе Приморско-Ахтарского района; в хуторах Потемкинском и Новопокровском того же района и селе Воронцовка Ейского района Краснодарского края. Небольшая община некрасовцев сохранилась и в с. Имеретинская бухта, где продолжали заниматься рыболовством.

Исследователи отмечают, что в новых социально-экономических условиях происходит разрушение замкнутости общин староверов, демократизация патриархальных семейных отношений, идет процесс отхода от религии. В культуре современных некрасовцев этнографы фиксируют наличие как древних элементов в языке, обычаях, одежде, фольклоре так и появление заимствований из турецкой и болгарской культур. В целом самобытная культура некрасовцев еще ждет своих исследователей.
 
Винные шкафы кондиционеры в харькове продажа кондиционеров.

Новости